Я не была матерью. Я была женщиной с ребенком. Это большая разница. Да и была ли я женщиной?

замечательная статья от Ольги Валяевой
я тоже прошла что-то подобное
нелегко приходится первенцам(((
не зря согласно Торе им отписывают 2/3 наследства)))

” Еще будучи беременной, я строила планы о том, как отдам его в полгода няне, а в год – в садик. Что ни за что не стану домашней наседкой, не хочу отупеть от быта. Меня страшила участь домохозяйки, я всегда смеялась над такими женщинами, считая их глупыми и ограниченными. Мне хотелось быть кем угодно, но только не клушей, сидящей дома.

Я была полна иллюзий, что это несложно, что кричать по ночам он не будет, что все как-нибудь случится само. У меня не было опыта взаимодействия с маленькими детьми. Минимальный возраст ребенка, которого я вообще видела – год. Когда родился Даня, я боялась брать его на руки первые дни. Переодевал его муж, мыл тоже муж. И помню свой ужас в роддоме ночью, когда ребенок обкакался. А я не знала, что с ним делать. Я побежала за медсестрой, она все сделала, но посмотрела на меня, как на ненормальную.

Всему мне пришлось учиться. Менять подгузники, переодевать, кормить. Все это было слишком ново – и слишком трудно. Во мне буйным цветом распускался эгоизм. Я хотела свою жизнь обратно. Хотела быть свободной. Хотела выглядеть как до родов, хотела спать всю ночь, хотела не зависеть от его капризов. Хотела, чтобы она спал без меня, а я бы делала свои дела. И вообще идеально было бы, чтобы он спал как можно больше. Я не готова была менять свой образ жизни, мне тяжело давалось сидение на одном месте, привязанной к ребенку.

Ребенок все это ощущал, и поэтому днем он спал только на мне или со мной. Стоило мне встать – он начинал кричать. Укладывался он всегда долго и трудно. Капризничал много. Внимания требовал много. А меня это раздражало. Я испытывала к нему очень теплые чувства, особенно когда он спал – или только проснулся. Но еще чаще в течение дня я ощущала раздражение. Кто он такой, чтобы командовать мной и диктовать мне свои условия?

Я старалась делать все правильно, а ему на мои правила было наплевать. Он не хотел есть кабачки, которые есть было пора. Не хотел горшок. Не хотел гулять, особенно зимой. Не хотел спать столько, сколько положено. Не хотел спать один, в своей кровати.

Сейчас я понимаю, что на самом деле он просто хотел свою маму. И все. Ему нужна была я, а я не готова была отдаться ему целиком хотя бы на какое-то время. Я жутко уставала, хотя все могло бы быть проще. Если бы я спала вместе с ним, мы бы оба высыпались. Если бы я лежала с ним, а не бегала как ужаленная, мы бы оба чувствовали себя комфортнее. Если бы я не таскала его на морозы, не тратила силы на стаскивание и затаскивание коляски, или хотя бы гуляла с ним в слинге, все могло быть иначе и в плане мобильности.

Мне стыдно признаваться в том, что меня раздражали его капризы, его ранние вставания, колики, зубы, болезни. Я испытывала грусть и печаль, но себя мне было гораздо более жалко, чем его. Я не была матерью. Я была женщиной с ребенком. Это большая разница. Да и была ли я женщиной?

Мое нежелание меняться приводило к усугублению ситуаций по всем фронтам. И со здоровьем – я болела постоянно вместе с сыном. И в отношениях – мы едва не развелись, я уже даже уехала с ребенком к маме на неделю и собиралась покончить с этим. И в финансах – мы жили вообще непонятно на что и как.

полностью – тут

Comments are closed.

Proudly powered by WordPress
Theme: Esquire by Matthew Buchanan.